Когда рассказывают об оперном искусстве и называют имена композиторов, крайне редко при этом упоминают авторов либретто, особенно имена либреттистов-переводчиков. Отчего так повелось и есть ли причины «выказывать неуважение» к авторам либретто?
Но всё ли нам известно о каждой из опер: кто автор музыки, а кто стихов? К примеру, опера «Вертер» Жюля Массне, с 1892 года ставящаяся на разных языках в лучших театрах мира - «лирическая драма», пожалуй, самое часто исполняемое оперное произведение этого французского композитора. Опера была написана в 1886-х - 1887-х годах по мотивам романа Иоганна Вольфганга фон Гёте 1774 года «Страдания юного Вертера». Арии из оперы, особенно ария главного героя «О, не буди меня, дыхание весны!» и ария «Слёзы Шарлотты» неоднократно издавались на грампластинках, звучат по радио и по-прежнему продолжают исполняться с театральных и концертных сцен.
Имена авторов оригинального французского либретто «Вертера» известны - Эдуар Бло, Поль Миллье и Жорж Гартман. А кто автор либретто оперы на русском языке? На рубеже XIX - XX веков в России были изданы три перевода - Николая Спасского, Александры Горчаковой и Николая Званцева. Разыскать их можно, например, в фонде Российской государственной библиотеки (), что и было сделано. Сравним переводы на примере арии Вертера из 3-го действия оперы.
Либретто Николая Спасского
О Николае Михайловиче Спасском известно, что он был певцом (тенором), артистом оперы. Вокалу обучался у драматического актёра, оперного и камерного певца, режиссёра и педагога Петра Лодия, затем три года стажировался в Италии, после чего дебютировал в партии Фауста на сцене петербургского Мариинского театра, прослужил в театре несколько сезонов. Николай Спасский давал частные уроки пения и переводил на русский язык многие оперные либретто.
Зачем будить меня, дыханье ветерка,
И так ко мне ласкаться нежно
Тогда, когда уже пора близка
И бурь и смерти неизбежной?
Уж завтра, может быть, здесь путник отдохнёт,
Моё который видел разцветанье
И красоты моей он не найдёт;
Он в поле лишь найдёт печаль и увяданье!
Либретто Александры Горчаковой
Александра Александровна Горчакова (урождённая фон Мензенкампф), была оперной певицей (сопрано), музыкальным педагогом и переводчицей, выступала под псевдонимом Сантагано. Она начала заниматься музыкой в Полтаве у украинского композитора и музыкального педагога Алоиза Едлички. Несколько лет училась в Петербургском Патриотическом институте. Обучалась вокалу у итальянского певца, композитора и музыкального педагога Пьетро Репетто. С 1867-го по 1871-й годы пела на сцене Киевской оперы, на рубеже 1870-х - 1880-х годов гастролировала в Италии с собственной труппой, пропагандируя русскую музыку - в частности, в 1874 году в Милане по инициативе Александры Александровны была поставлена опера Михаила Глинки «Жизнь за царя», причём Александра Горчакова сама перевела либретто на итальянский язык и отчасти финансировала постановку. На русский же язык Александра Александровна перевела около 75 оперных либретто. Оставив сцену, до 1892 года Александра Горчакова преподавала в Одессе, одновременно выступая как музыкальный критик в газетах «Новороссийский телеграф» и «Одесский листок», с 1892-го по 1897 годы работала в Москве в музыкально-драматическом училище Московского филармонического общества, а после 1897 года преподавала в Киеве.
Зачем меня будить, зефир младой весны?
Ты несёшь с собой свет и розы,
Но увы, пройдут эти дни
И надвинутся мрак и грозы!
Зачем меня будить, зефир чудной весны?
В равнину на заре путник младой придёт,
Припомнив славы моей обаянье...
Но величья моего он уж там не найдёт
И одарит меня лишь слезой и состраданьем...
Зачем меня будить, зефир чудной весны!
Либретто Николая Званцева
Николай Николаевич Званцев (настоящая фамилия Званцов, сценические псевдонимы Званцев-Неволин и Неволин) был оперным певцом (бас-баритон), драматическим актёром, режиссёром и вокальным педагогом. Николай Званцев обучался в Московской консерватории по классу вокала у итальянского оперного певца и композитора Леоне Джиральдони, игре на скрипке - у чешско-русского скрипача и музыкального педагога Ивана Гржимали (Яна Гржимали), композиции - у русских композиторов, пианистов и педагогов Антона Аренского и Сергея Танеева. В 1895 году, по окончании консерватории, Николай Николаевич уехал на стажировку в Милан и Париж, а, вернувшись в Россию, в 1897 году поступил в оперную антрепризу певца и режиссёра Николая Унковского. С 1900-го по 1902-й годы состоял в Товариществе Московской частной русской оперы Саввы Мамонтова, тогда же начал и режиссёрскую деятельность, поставив оперу Петра Чайковского «Черевички». Затем работал режиссёром в Московском Художественном театре, в петербургском Мариинском театре, в московском театре Константина Незлобина, где поставил несколько десятков спектаклей. В 1920 году Николай Званцев вернулся в МХТ и в течение трёх лет состоял в режиссёрском управлении и репертуарной комиссии театра. Одновременно работал в Оперном театре Сергея Зимина, где был заведующим художественной частью и режиссёром. Преподавал в Московской консерватории. Николаем Званцевым переведено на русский язык либретто нескольких опер. Известно также о том, что Николай Званцев писал шутливые стихи на злобу дня и, по воспоминаниям современников, «был очень остроумным собеседником, принимавшим участие в актёрских капустниках и домашних вечеринках».
Зачем разбужен я весенним ветерком?
Зачем разбужен я?
Я твоё впиваю дыханье, но позднее только лишь днём
Будет буря, полна страданья!..
Зачем разбужен я весенним ветерком?
В долину завтра вновь придёт скиталец мой,
Забыть не мог он мою былую славу...
Но напрасно мой блеск он искать здесь начнёт,
Он может здесь найти лишь горе и отраву!.. Увы!..
Зачем разбужен я весенним ветерком?
Удивительная метаморфоза произошла с арией Вертера: уже в начале XX века, с первых лет появления её в грамзаписи, наиболее часто стал исполняться вариант текста, не соответствующий ни одному из трёх авторских переводов, причём, у каждого вокалиста текст арии разнится - от нескольких слов до целых строк. Вот в таком варианте арию Ветера записал в 1910 году на пластинку Леонид Собинов (эту архивную грамзапись можно услышать, например, в 468, 1007 и 1016 выпусках радиопередачи Виктора Татарского «Встреча с песней»):
О, не буди меня, дыхание весны,
О, не буди меня.
Ты несёшь с собой жизнь и радость,
Но, увы, пройдёт светлый миг,
Буря грянет и всё развеет.
О, не буди меня, дыхание весны...
И вот в долину к нам
Приходит странник вновь,
Он знал меня в блеске славы и счастья.
Грустным взором окинет широкий простор
И, не найдя меня, он горько зарыдает. Увы...
О, не буди меня, дыхание весны!
Вариант перевода арии Вертера, созданный безвестным автором, звучит не только в записи Леонида Витальевича Собинова, но также, к примеру, с грампластинок Владимира Сергеевича Розинга, Дмитрия Алексеевича Смирнова, Ивана Даниловича Жадана, Ивана Семёновича Козловского, Сергея Яковлевича Лемешева, Давида Георгиевича Бадридзе... Исполнения некоторых из этих вокалистов вы можете послушать на сайте филофонистов . Причём, исходя из хронологии записей, к середине XX века в тексте арии неизвестного автора вдруг начинают проявляться отголоски переводов Николая Спасского, Александры Горчаковой и Николая Званцева, как, например, в таком варианте, также запечатлённом на пластинках:
О, не буди меня, дыхание весны,
О, не буди меня,
Навевая мне страсть и грёзы.
Ведь пройдут как сон счастья дни
И заменят нам скорбь и слёзы.
О, не буди меня, младой весны зефир.
И вот в долину к вам
Другой певец придёт,
Моей минувшей славы и значенья
Он уж там не пойдёт, обо мне он вздохнёт
И вспомнит дни несчастья мои и рыданья, увы...
Зачем меня будить, зефир весны младой?